Бабак — это просто хаус

Интервью с музыкантом, диджеем, промоутером и музыкальным директором

Григорий Бабак удачно совмещает в себе амплуа музыканта, диджея, промоутера, букинг-агента и музыкального директора. Продажи последнего сингла приятно радуют карман автора и изрядно пополняют банковский счет лейбла, гастрольный график расписан на многие недели вперед. Последние 3 года Гриша только и делает, что записывает, играет и издает музыку, проводит все выходные в клубах и гуляет по Питеру, в котором он и проживает. В Ижевске Гриша играл 23 июля в лаундж кафе Loft, и наша беседа случилась несколькими днями позднее в сквере за кинотеатром «Дружба». На соседней скамейке старушка кормила голубей, а солнце нещадно плавило нас всеми 32 градусами.

babakgeometria1

Толя: Гриша, я впервые увидел тебя на сцене клуба «Авиатор». Отлично помню как вышел конферансье Рэм, схватил микрофон и пару минут объявлял твое выступление. Почему это был именно Кирилл? Он твой крестный отец?

Гриша: В каком-то смысле можно и так сказать. Именно он вытащил меня на фестиваль IZH18. Накануне я просто зашел в «Авиатор», шел мимо барной стойки, у которой стоял Кирилл. Он схватил меня за плечо, развернул и ткнул в меня пальцем: «Ты играешь на ИЖ18!»

Толя: Но до этого выступления ты играл совсем другую музыку, это был…

Гриша: Это был хип-хоп и какое-то ар-эн-би. На тот момент я играл в проекте «Тень города». С ним мы выступали в том же «Авиаторе», играли легкий хип-хоп под акустическую гитару. Я бренчал на акустике, с которой меня познакомил папа.

Толя: Позже это вылилось в смешной проект с Кирилом Рэмом. С песнями под гитару.

Гриша: Было и такое. Один наш ролик моментально стал хитом и набрал больше 13 тысяч просмотров на ютубе. Мы тогда очень сильно удивились. Хотя в этом проекте мы ничего особенного не делали. Просто пели под гитару известные песни, как это было в случае с «мокренькой кисонькой».

Толя: Вернемся к IZH18. После него про тебя все узнали?

Гриша: Получилось так, что я выступал практически одновременно на трех мероприятиях: это был фестиваль IZH18, вечеринка Frenique в «Авиаторе», на которой играл Vince Watson и открытие клуба Fashion. Все это случилось в одну или две недели. Так что обо мне узнал практически весь город сразу и одновременно.

Толя: Когда ты начал диджеить?

Гриша: Диджеить я начал значительно позже чем выступать с лайвами. Причем мои первые сеты звучали в клубе «Ю-Дэнс».

Толя: Сложно ли молодому ди-джею пробиться в Питере?

Гриша: В целом да, сложно, но мне повезло. Когда я приехал в Питер, меня уже более-менее тут знали. И за это большое спасибо Андрею Рублёву и Кириллу Рэму. Именно они протащили меня в первые места. Весь первый месяц я везде играл как гость. На афишах было написано «Бабак» и в скобочках (специальный гость из Ижевска).

Толя: Использовал репутацию города в целях пиара?

Гриша: Ну конечно. Я по этой причине из пресс-релиза никогда этот город не уберу. Он всегда будет там. Просто Ижевск же все знают. Не могу сказать, что это сильно помогает в раскрутке, но прилетаешь куда-нибудь, а там спрашивают: «ты из Питера?» на что я отвечаю: «нет, я из Ижевска». И, как правило, реакция следует следующая: «о Ижевск! у вас там полно музыки и музыкантов». Я про себя пожимаю плечами: «ну да, много» (вздыхает)

Толя: Ну а что не много разве?

Гриша: Я, может быть, просто не слежу, но по моим ощущениям тут остался только Антон Лански, Андрей Фуго и появилась какая-то новая гвардия абстрактных хип-хоперов. И, кажется, на этом всё. Ну еще есть Анна Краб.

Толя: Ладно, давай вернемся к переезду в Питер. Зачем ты туда поехал? Ты же был уже на тот момент резидентом и арт-директором БВИ. На дворе стоял 2013 год…

Гриша: Просто к тому моменту я достиг определенного потолка, а мне хотелось забраться чуть выше. Тогда в Ижевске уже ничего кроме БВИ не существовало.

Толя: Ты не пытался найти инвесторов? Открыть тут еще один моднейший клуб?

Гриша: Пытался я найти инвесторов (смеется). Были мысли открыть клуб под ДК «Аксион». Там под лестницей есть отличное пустое помещение, но в итоге мы никого не нашли. Да и БВИ был настолько насыщен программой, что там всем всего хватало. Плюс меня не отпускали опасения, что город два клуба одновременно просто не потянет — что собственно и произошло с «Авиатором» после открытия БВИ, когда почти вся публика взяла и резко схлынула.

Толя: Нет желания открыть свое место Питере?

Гриша: Нет, мне хватает моей работы. Я работаю музыкальным директором в одном из лучших коктейльных баров Петербурга — «Арка». Моя работа, как и вся жизнь в Петербурге, довольно размеренная и расслабленная. Хотя единственное с чем я до сих пор не могу смириться в Питере — это некий петербуржский менталитет. Я человек из провинции, весь на шарнирах, хочу делать все быстро и качественно. И часто бывает, что я звоню, договариваюсь о встрече, а мне на том конце провода расслабленный петербуржец отвечает: «поссслушай, а давай завтра..». И дело не в том, что он занят, у него, возможно, просто нет настроения. И они там все такие. Могут потеряться, могут трубки не брать. Я на работу в «Арку» устраивался месяц. Сходил на два собеседования, а потом они просто пропали. Какое-то время я терпеливо ждал, а потом уже просто решил написать им письмо в духе: «ну нет, так нет, я пойду дальше», а они в ответ мне пишут: «все приходи завтра, мы тебя трудоустроим».

Толя: Что за люди приходят к тебе в «Арку»?

Гриша: «Арка» — это заведение премиум-класса. Там нет тусовщиков и люди собираются в основном старше 28 лет. Иногда к нам на огонек забредают селебрити. Лиза Боярская или Данила Козловский какой-нибудь. Недавно захожу во второй зал «Арки» забрать что-то из оборудования, а там сидит Александр Панкратов-Черный и водочку пьет с соленьями. Самый частый наш гость — это Юрий Гальцев. Дело в том, что слева от входа в «Арку» находится театр имени Райкина. Гальцев часто заходит к нам выпить кофе и поговорить своим смешным голосом.

Толя: Взял у него автограф?

Гриша: Нет. Я как-то стесняюсь.

Толя: А у тебя автографы берут?

Гриша: Берут. Но я тоже как-то стесняюсь.

Толя: Не зазвездился ещё?

Гриша: Скорее уже отзвездился. Этот период был у меня давно, еще в Ижевске. В годы БВИ. А потом это все сошло. Я стал простым. И ты знаешь, все, с кем я общаюсь, они тоже достаточно простые люди. И музыканты, и промоутеры. Все, кого я привозил в БВИ тоже были довольно приятными в общении людьми, ну, может быть, кроме Вакулы.

Толя: БВИ тебе много дал в плане профессионального роста?

Гриша: Да, очень много. В первую очередь — колоссальный танцпольный и диджейский опыт. Я играл каждые выходные на протяжении трех лет. За все время работы у меня были «выходные» в выходной день, может быть, раз пять. Это очень важный опыт. Когда я начинал играть в «Авиаторе» и «Ю-дэнсе», я еще не очень понимал что происходит и что нужно сделать, чтобы всем было классно. Во вторую очередь — это знакомство с кучей музыкантов и промоутеров из Москвы и Питера. Со многими я в период работы в БВИ подружился. Учитывая то, как мы тут встречали наших гостей, это было сделать довольно легко. Некоторые ведь на самолет потом с трудом попадали. Кое-кто в гримерке закрывался и орал, что он сдает обратный билет и остается тут в Ижевске на неделю (смеется).

Толя: Что ты и проделал в этот приезд. Почему не уехал после выходных а решил остаться на неделю?

Гриша: Основная причина — это желание повидаться с родителями. Удачно совпало мое выступление 22 июля в Казани. Я сказал казанцам, что мне не нужен обратный билет — я еду домой, в Ижевск.

Толя: Из других заведений не поступало предложений поиграть?

Гриша: Мне писали из Лофта. Пригласили поиграть, мы обговорили гонорар и как только дело дошло до покупки билетов, мне написали, что все отменяется. Управляющий запретил арт-директору проводить вечеринки по субботам. Совершенно не кассовый день, никто не приходит. Но тут возник Сережа Булдаков и все состоялось.

Толя: Чем тебе запомнился Ижевск в этот визит?

Гриша: Был один забавный момент. В субботу утром по некоторому стечению алкогольных обстоятельств нелегкая занесла меня через «Сегодня можно» в «Юпитер», а там в 6 утра играл Антон Янцен, и все у него плясали. Там правда было мало молодежи, но в целом было чуть интереснее чем в «Сегодня можно». С которым у меня связан другой памятный случай, который я никогда, наверное, не забуду. Я играл там в прошлом году, когда приезжал в Ижевск летом. Стою, играю хаус. Ко мне подходит совсем молоденькая девочка, лет 18 и говорит: «давай хиты!». Я  ей говорю «ну я могу, конечно, сейчас только хиты начать играть, но ты этих хитов точно не знаешь». Она не уходит, мы какое-то время общаемся. Наконец, я ей говорю, чтобы она просто «отошла в сторону и не мешала». На что она заявляет примерно следующее: «а ты знаешь вообще кто я?», я ей говорю: «нет, не знаю». А она гордо заявляет: «я мисс русское радио 2015»

Толя: Жуткие вещи рассказываешь! В Лофте всё было хорошо? Сработала карма Сережи Булдакова?

Гриша: В целом было неплохо, но я надеялся увидеть больше друзей и знакомых. Были все самые продвинутые и модные. Больше половины танцпола, разумеется, девчонки. Спасибо Сереже. Еще я успел перекинуться парой слов с персоналом из Лофта, и они сказали, что на вечеринки «Take Your Deep» приходит совершенно иная публика.

Толя: Не устану повторять, что Лофт большие молодцы, что приютили у себя классные вечеринки. Как ты считаешь, есть у Ижевска будущее в музыкально-развлекательном плане?

Гриша: Есть. Молодежь же есть! По-настоящему классная вечеринка может легко состоять и из ста человек. При условии, что все собравшиеся знают куда, на какую музыку и зачем они пришли. В Питере, например, в «Mosaique» люди идут за техно, в «Stackenschneider» за тек-хаусом ровным,  в «Бездельники» идут [censored], наверное, покрасоваться, на «Танцплощадке», недавно открытой «Обществом чистых тарелок» и «Мишкой», играет вообще разная музыка.

 

Толя: Прилеплялись ли к тебе какие-нибудь музыкантские ярлыки, помимо «специального гостя из Ижевска»?
Гриша: Да есть один ярлык. Мой первый пресс-релиз составлял Кирил Рэм, который написал там, что я «тёмная лошадка русского хауса». Пресс-релиз с тех пор уже несколько раз видоизменялся, но эта лошадка продолжает гоготать и скакать за мной по пятам.

Толя: А в музыкальным плане что-нибудь прилипало?

Гриша: Есть один ремикс. Я его не то чтобы стыжусь, но уже побаиваюсь. Это как у D-Pulse есть их не любимый трек с ремиксом про море. Зато он сделал дикий хайп. Я точно так же недолюбливаю свой, но он тоже сделал дикий хайп. Это ремикс на питерскую группу «130 по встречной на старенькой Vespa», трек называется «в Крым на машине». В итоге мой ремикс стал значительно популярнее оригинала. Иногда я приезжаю в какой-нибудь город, а там подходят и спрашивают: «в Крым поставишь?», а я теряюсь. Хотя он неплохой, он очень летний и свежий. Появился, кстати, за год до того как Крым стал нашим. Так что он два лета подряд всплывал, но по разным поводам (смеется). Можно было в прошлом году делать тур по Крымскому полуострову с названием: «Мы поедем в Крым на машине» и ехать туда на… танке (смеется). Я мониторю этот трек, и иногда девочки какие-нибудь выкладывают свои летние фотки с моря, а под фотографией мой трек. Однажды я нашел свой трек «Hey Boy!» под картинкой в гей-паблике. Было странно.

Толя: В Крым тебя не зовут на гастроли?

Гриша: Нет, не зовут. Думаю, что им там пока не до этого. Хотя два года назад мы ездили в большой тур на машинах с Рублевым, Рэмом с Анькой. Мы играли в Краснодаре, на фестивале «Азов» на Азовском море. Потом мы уехали жить в палатках. Играли в месте, в которое я очень хочу вернуться. Оно под Анапой на песчаной косе шириной 300 метров и длинной километров 10. Справа от тебя пресноводное озеро, а слева Черное море и 300 метров песка между ними. Посередине этой косы стоит бар. Все очень просто сделано, но висит супер-круто отстроенный звук. Стоишь, играешь, смотришь на закат. И там играют ну просто все — Пушкарев, BarBQ, Кубиков. Потом мы играли в Сочи в швейцарском пятизвездочном отеле. Это было незабываемо.

Толя: Тебе не надоели постоянные перемещения по нашей необъятной?

Гриша: Нет, я с удовольствием летаю и езжу по стране, совмещая ди-джеинг с туризмом, превращая все это в музыкальный туризм.

Толя: Есть места куда тебе хотелось вернуться еще раз, ну помимо Анапы?

Гриша: Обязательно хочется приехать еще раз в Казань. Ведь раньше Казань была городом r’n’b, а теперь там собирается очень классная публика. Они танцуют, пляшут. Все веселые и жизнерадостные. Естественно мне хотелось бы оказаться в Москве, хоть там и любят более жесткую музыку. Или это я играл все время в таких местах. В Powerhouse, где я выступал три раза, ходит публика помоложе, им и бочку подавай по-жестче, поэтому когда я там играл, мне приходилось вспоминать гараж (смеется). Хотя в «Солянке», где я выступал с лайвом и играл более спокойную музыку, меня довольно неплохо принимали. Но Москва, она же как Питер — там одни приезжие. В Петербурге все, с кем я общаюсь на 80% не питерцы.

Толя: Получается, что основной питерский движ генерируете вы — понаехавшие?

Гриша: По-большому счету да. Хотя есть какие-то столпы и ветераны, но среднестатистический ди-джей в Питере — это все же приезжий.

Толя: Как дела у славной ижевской диаспоры в Питере?

Гриша: Все отлично. Андрей и Кирилл делают ежемесячные вечеринки. Кирилл в баре «Виновница». Это очень крутое место с витражами, на которых изображена Дева Мария и подвешенным где-то под потолком железным терновым венцом с шипами. Повсюду развешаны старинные зеркала, диджейское оборудование установлено на старом пианино. Играешь в полумраке. Очень круто. Андрей делает вечеринки в баре Union —  наверное в одном из самых популярных баров. Именно Union больше всех мне и нравится в Питере. Он такой пьяный и веселый, и совершенно не мрачный с монотонными техно и тек-хаусом.

Толя: А что за странная нелюбовь к техно? Помню, что в знаменитом интервью с пельмешками ты не очень любезно отзывался об этом жанре. Начинал ведь ты именно с него!

Гриша: То, что сейчас называют «техно», я за техно не считаю. Для меня техно — это «Underground Resistance», это красивое детройтское техно с душой. А не эти пукалки-мяукалки, которые издает Рикардо Вилалобос. Сейчас ведь не всегда понятно то ли это сборная румынии по футболу, то ли лайн-ап из «Армы»? Я уже не понимаю. (смеется) 

Толя: Приходилось ли тебе выступать за границей?

Гриша: Пока только в Беларуси. А вообще меня зовут в Вильнюс, Барселону, Прагу и куда-то еще. Слушай, я забыл куда. Причем все эти люди сами находят меня на фейсбуке. Пишут мне напрямую сообщения, начинают общаться. Недавно я закончил запись подкаста для Вильнюсской радиостанции. Я бы с радостью поехал в заграничный тур на месяц. Посмотреть мир, поиграть музыки. У них же там вечеринки каждый день. В Швейцарии, например, лучшие хаус-вечеринки проходят по вторникам.

Толя: Где и когда когда можно будет прийти на твой концерт в ближайшее время?

Гриша: Не знаю, наверное ближе к осени в Питере что-нибудь сделаем. Сейчас я немного занят, пишу новую ипишку, и пока написан только один трек.

Толя: На каких лейблах ты издаешься?

Гриша: Мой основной лейбл сейчас — это берлинско-барселонский Neovinyl. Я работаю с ними, потому что у них очень хорошее промо. Они отправляют мой материал именно тем чувакам, которым он действительно нужен. Следом присылают мне весь feedback, а еще они делают крутые премьеры на модных площадках. Например, премьера моего позапрошлого сингла была на интернет портале When We Dip. Последний сингл был анонсирован на французском блоге Limonadier. А совсем скоро у меня выйдет трек на виниловом сборнике лейбла московского музыканта Артема Xio. И это будет мой первый трек, который выйдет на виниле. Наконец-то!

Толя: Круто! Придется бежать и занимать очередь за пластинкой?

Гриша: Скорее всего да, придется. Потому что там будет очередной limited edition в 300 копий.

Толя: Тебе близок такой подход к изданию? Лимитированные издания, фанаты, выкупающие эти редкие пластинки на discogs.com за бешеные деньги?

Гриша: Нет. Потому что сейчас наблюдается ощутимый перебор с винилом. Сегодня уже каждый второй печатает пластинки, что не может не сказываться на качестве. Оно, естественно, падает и становится ширпотребом. К тому же, все сейчас выпускается микроскопическими тиражами по 100-200 копий. Не успел купить, и всё, сиди, жди теперь. А рипа может и не быть, его можно вовсе не дождаться, а трек, тем не менее, может оказаться очень крутым.

Толя: Что приносит тебе больше удовольствия и наслаждения — играть свою музыку или сводить чужие треки?

Гриша: Наверное и то, и другое в равной степени. У меня были такие лайвы, что не сравнятся с некоторыми ди-джей сэтами. Хотя я соглашусь с мнением, что играть ди-джей сеты намного проще. Потому что у тебя есть условная 1 000 треков, и ты уже совершенно точно знаешь после какого трека какой поставить, чтобы держать танцпол. А когда ты играешь лайв, это всегда заранее составленная программа, и маневрировать танцполом довольно сложно. Хотя я на всю жизнь запомнил свое выступление в Тюмени. Это был один из первых гастрольных лайвов, был я там впервые, а на меня пришло аж 300 человек. И все хлопали, орали, аплодировали. Я тогда получил максимальное удовольствие от лайва. В «Солянке» тоже было классное выступление. Я играл перед группой Detroit Swindle. Помню, они подходили ко мне и спрашивали потом: «а это типа у тебя что такое?», а я им отвечаю: «а это у меня кислоту делать штучка!» (смеется)

Фотографии: Арина Лимонова, Евгений Лагунов, Арка, Сегодня Можно

Музыка: Beatport, SoundCloud, MixCloud, iTunes, Яндекс.Музыка, Вконтакте

 

Материалы по теме
Есть ли жизнь за барной стойкой?
На прошлых выходных поговорили о коктейлях и образе жизни с Александром Ивановым, представителем независимой ассоциации барменов «Mr. Bartender» и работником бара «Сегодня можно»
0:28
Интервью с одним из самых немногословных и загадочных ижевских музыкантов
Есть ли жизнь за барной стойкой?
На прошлых выходных поговорили о коктейлях и образе жизни с Александром Ивановым, представителем независимой ассоциации барменов «Mr. Bartender» и работником бара «Сегодня можно»
0:28
Интервью с одним из самых немногословных и загадочных ижевских музыкантов
comments powered by HyperComments